Главная » Культура и традиции » Борецкая роспись
01:58
Сокровища русского народного искусства. Резьба и роспись по дереву. - 1967

Книга: Жегалова С.К., Жижина С.Г., Попова З.П., Просвиркина С.К., Черняковская Ю.С. Сокровища русского народного искусства. Резьба и роспись по дереву. – М, Искусство, 1967, 267 с




Сокровища русского народного искусства

Художественные прялки


    © Жегалова С.К.; 1967 г.
О Борецкой росписи

Борецкие прялки славой своей соперничали с пермогорскими. Чтобы попасть в этот центр росписи, нужно в Пермогорье сесть на пароход и плыть вниз по течению, до пристани Борок.

Борок — тоже древнее поселение. Местное предание связывает его название с фамилией бояр Борецких — первых переселенцев из древнего Новгорода. Марфа Борецкая — жена известного новгородского посадника — была непримиримым врагом Москвы. Она возглавляла новгородских бояр в их борьбе с Москвой. После поражения Новгорода многие из бояр бежали в этот далекий край. Изгнанники и их потомки свято хранили все, что напоминало им родной город. Поэтому, по-видимому, в борецкой росписи почти до 20 века сохраняются новгородские традиции 16—17 веков.

Борецкие прялки отличаются от пермогорских тонами росписи и особенно включением в нее позолоты. Приверженность к древности у борецкого живописца выразилась в большей условности рисунка. Мастера-старообрядцы не признавали новых церковных книг, а пользовались рукописями 16—17 веков. Оттуда они переносили в бытовую роспись много деталей. Поэтому на борецких прялках бросается в глаза фантастичность окружения самой бытовой сцены: персонажи одеты в узкие и длинные одежды, напоминающие древнегреческие хитоны; их окружают высокие каменные здания с фигурными колоннами и сводчатыми дверями; в растительный орнамент часто включается сказочное дерево-цветок. Всего этого художники не могли увидеть у себя на Севере.

На одной из прялок, например, живописец изобразил пастуха со стадом коров на фоне зданий эллинской архитектуры и башен с фигурными входами. В один из таких входов направляются коровы. Интересно сравнить это изображение с иллюстрацией из рукописи начала 17 века «Житие Николая Чудотворца». Мы увидим не только ту же архитектуру, но и близкий сюжет. На другой прялке мы также видим жанровую сценку — убой скота. Этот, казалось бы, необычный для орнамента сюжет здесь не случаен: Борецкий район славился разведением крупного рогатого скота; обилие пойменных лугов давало хорошие пастбища. Скот откармливали на мясо, которое продавалось в Петербурге. Хорошо знакомая художнику сценка изображена весьма реально: связанная корова лежит на земле, двое держат ее, а третий замахнулся топором. На фоне — тот же фантастический архитектурный пейзаж.



Прялка расписная. Деталь. 1-я половина 19 в. Северная Двина, Борок




Миниатюра из рукописи "Житие Николая Чудотворца". 16—17 вв.

В одной из росписей с большим мастерством воспроизведена праздничная поездка: в санях-пошевнях, запряженных парой вороных коней в нарядной сбруе, сидят женщина в высоком кокошнике и возница. На фоне — пышный тюльпаноподобный цветок, который, повторяясь почти на всех прялках, становится характерным признаком места и времени росписи.



Прялка. Деталь. 2-я половина 18 в. Северная Двина, Борок

Чаще всего в росписи борецких прялок повторяется сюжет, упоминавшийся выше: на высокое крыльцо, по лесенке, опираясь на посох, взбирается седовласый старец с кошелкой в руке. Рядом с крыльцом — юноша на вороном коне. По-видимому, мастер имел в виду какой-то эпизод, заимствованный из сказания или легенды Севера. Среди разнообразных сказок, известных северному крестьянину, одной из любимых была сказка «О Елене Прекрасной и мачехе». В основе ее лежат варианты популярных сказок «О спящей красавице» и «Золушке». Попав на Север, эти сказки соединились с северным фольклором и обрели следующий местный сюжет: у старика была красавица дочь Елена, которую преследовала злая мачеха. Чтобы укрыть дочь от мачехи, старик отвозит ее в лес и там навещает ее. В это время царский сын ищет невесту, встречается в лесу с Еленой, выкрадывает ее и превращает в оленя. Возможно, что на прялке мы видим одну из сцен сказки: старик с кошелкой пришел навестить дочь, справа — юноша принц. Этот сюжет повторяется на нескольких прялках. Повторяли его не такие искусные художники, поэтому росписи их менее выразительны, в рисунке много новых деталей. Так, на одной прялке на площадке крыльца мы видим юношу, на другой — девицу, на третьей — из окошек у двери выглядывают какие-то лица, а внизу у лесенки — собака и кошка.

   



Прялка с посвящением владелице. Детали. 2-я половина 18 в. Северная Двина, Борок

Постепенно, с течением времени, основной сюжет все больше и больше забывается, и мы замечаем, как из рисунка исчезают сначала старик и юноша, затем крыльцо с лесенкой и здание. Так, на одной прялке, на которой крыльцо еще сохранилось, лестница превратилась к крытую галерею — «рундук» (повторяющую типичную форму северного крыльца), а внизу у крыльца вместо старца и юноши — богатая карета, запряженная цугом (ГИМ—40674/4033). На другой крыльцо потеряло опорный столб и как бы повисло в воздухе; под крыльцом опять изображена карета. На третьей нет ни здания, ни крыльца, а все нижнее поле занимает поездка на крестьянских санях-пошевнях. Какой-то далекий отголосок забытого сюжета можно увидеть в одной из поздних росписей: на схематически изображенном крыльце нарисовано несколько кур, по лесенке вместо старца взбирается курица (ГИМ—37444/4035).



Прялка. Деталь. 1-я четверть 19 в. Северная Двина, Борок

Одновременно с нижним полем меняется содержание росписи и в верхней части лопаски: ряды мелких прямоугольников с разнообразными фигурами заменяются одним пышным кустом — «древом». Только в верхних углах лопаски два окошка сохраняются постоянно на всех прялках, составляя также их характерный признак. При этом, в соответствии со временем, клетчатая рама сменяется «Т»-образной, а подоконник дополняется цветами в горшках.

С одной из мастериц росписи прялок последнего вида (с «поездкой», «древом» и окошками) удалось познакомиться в 1959 году во время экспедиции в Борецкий район. Ею оказалась Пелагея Матвеевна Амосова из деревни Скобели, расположенной недалеко от Борка. Имя ее было широко известно окрестному населению. На многие десятки километров от Скобелей расходились прялки ее работы, которые она создавала до конца 1920-х годов. Больше полвека посвятила Пелагея Матвеевна любимому делу, доставляя радость всем, кому удавалось купить прялку с ее росписью.



Прялка с росписью П.М. Амосовой . Начало 20 в. Северная Двина, Борок, деревня Скобели

Живописное ремесло П. М. Амосова унаследовала от отца — Матвея Гавриловича. После смерти он завещал ей свое ремесло и передал все инструменты: кисточки, краски, циркуль и трафареты. В отличие от пермогорской росписи здесь прялку расписывали не от руки, а с помощью циркуля и линейки; сложные фигуры рисовались по трафарету. Перед началом росписи вся поверхность по горизонтали делилась на три части — «става». В соответствии с традиционными изображениями каждая из них имела свое название: «став с окольницами» (окошками. — С. Ж.), «став с древом» и «став с конем». В каждом поле потом «наводился» рисунок, наклеивалось сусальное золото.

Пелагея Матвеевна хорошо знакома со старыми рукописями — она не раз сама их переписывала и украшала. Поэтому и в ее росписях мы находим многие старые мотивы, а особенно тот же тюльпаноподобный цветок, которым она неизменно украшала ножку прялки.

Вместе с Пелагеей Матвеевной росписью прялок занимались все пять ее братьев: Степан, Никифор, Василий, Михаил, Кузьма. Сюжеты и композиции росписи у них те же, прялки их работы можно отличить только по манере изображения и некоторым деталям в рисунках. Например, у Никифора повозка запряжена парой коней, возница — в кафтане, роспись отличается экспрессией; у Пелагеи конь — одиночкой, рисунок более статичный. Росписи Василия самые яркие и пышные, несколько перегруженные золотом.



Прялка с росписью В. М. Амосова . 1890.

Продавались прялки на ярмарке в Нижней Тойме, немного выше по течению от Борка. Очевидно, благодаря этому, живописное мастерство из Борка переместилось и туда. Используя славу борецких прялок, тоемские мастера подражали им, поэтому в тоемской росписи мы почти не находим ни одного нового сюжета.

Зная время изготовления самых поздних прялок и расположив их последовательно, в порядке изменения сюжета, мы можем определить время происхождения всей нашей «беспаспортной» коллекции борецких прялок. Так, самая ранняя из них, с надписью, может быть отнесена к 18 веку. Прялки с каретами вместо крыльца — к концу 18 — началу 19 века. Во второй половине 19 века композиция постоянно делится на три поля (поездка, древо, окольницы), а в начале 20 века клетчатая рама окошек заменяется «Т»-образной.

Категория: Борецкая роспись | Просмотров: 13349 | Добавил: admin



Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]