Речные и озёрные операции на Севере / К.И. Соколов-Страхов

Боевые действия на Онежском озере
‹‹ Назад                            Содержание                           Далее ››

Боевые действия на Онежском озере

Оккупация Мурманского берега последовала в первых числах июня 1918 г. [1]

По свидетельству английского ген. Мейнерда одной из причин, побудивших англичан к захвату Мурманска, служила боязнь использования Мурманского порта германским генеральным штабом для устройства там «хорошей базы для субмарин», которые бы смогли угрожать отсюда англо-американским торговым линиям на Атлантическом океане [2].

Устроившись в Мурманске, англичане повели энергичное наступление вдоль линии железной дороги на юг, к Онежскому озеру.

В течение осени 1918 г. англичанам при помощи своих морских кораблей и гидроавиации удалось закрепиться на участке Мурманской железной дороги, примерно до ст. Сороки.

Весной 1919 г. они задались целью выйти уже на северный берег Онежского озера, произвести мобилизацию прибрежного, довольно многочисленного там населения, спустить в озеро речную военную флотилию, подвезенную по железной дороге, и затем организовать борьбу за оперативное превосходство на озере. Из английских официальных источников можно точно установить, что весной 1919 г. ген. Мейнерд получил вооружение на 22 тыс. человек, т. е. почти на одну стрелковую дивизию, которую английский генеральный штаб намечал сформировать из прибрежных жителей Онежского озера.

Наступление к Онежскому озеру началось в начале мая, причем 18/V был захвачен Повенец, а тремя днями позже Медвежья Гора —  оба пункта на северном берегу озера.

Стремление англичан к Онежскому озеру было вполне понятно. Это большое озеро с системами Мариинской и Александра Вюртембергского является как бы естественным центром торговых путей, связывающих Волгу с Финским заливом и Северную Двину с Каспием. Захват Онежского озера мог вызвать паралич ленинградской промышленности, так как по Мариинской системе шло продовольствие, сырье и топливо для Ленинграда. Кроме того, операция эта предпринималась почти одновременно с наступательными действиями англичан по р. Сев. Двине. Таким образом, эта операция может рассматриваться как демонстративная на ряду с главной операцией, проводившейся по реке Северной Двине.

Захватив в свое обладание ст. Медвежья Гора и г. Повенец, английское командование с изумительной энергией стало перебрасывать речные суда по железной дороге на Онежский берег.

Ген. Мейнерд в своей работе рассказывает об оперативных предположениях того времени [3]. «С захватом Медвежьей Горы я имел время для организации артиллерийской обороны, переброски судов и для их испытания на озере, ибо в прибрежной полосе лед всегда начинает таять раньше. Далее я смог приступить к организации баз как для моторных, судов, так равно и для гидропланов (которые я ожидал в конце мая) без угрозы со стороны речного флота противника, скованного льдом».

В результате этих действий, англичане доставили до ст. Сороки морским путем, а оттуда до Онежского озера по железной дороге 7 истребителей, 10 катеров, 2 небольших буксирных парохода, вооруженных 75-мм орудиями и пулеметами; кроме того, было переброшено 20 гидросамолетов. Неприятель организовал базу флотилии и гидроавиации на ст. Медвежья Гора. Там были построены склады материалов, организованы мастерские, сооружены ангары.

У нас на Онежском озере находился также довольно значительный озерный тиран в составе 1 эскадренного миноносца, 8 речных канонерских лодок, 3 заградителей, 15 сторожевых судов, 2 плавучих батареи, 2 посыльных судов, всего 31 боевая единица против 19 английских.

Артиллерия на наших судах —  100-мм, 75-мм, 47-мм и 37-мм орудия и пулеметы — превосходила численностью английскую. Но весьма характерно и странно: гидроавиации, на которую противник обращал столь большое внимание, у нас совсем не было.

Чем объясняется такое попустительство? Разве опыт речной борьбы на Северной Двине 1918 г. не являлся уже достаточным подтверждением важной роли и значения гидроавиации на севере? Разве можно было организовать серьезное сопротивление в озерном районе без наличия воздушных сил?

По-видимому в данном случае сыграла отрицательную роль некомпетентность нашего командования, организовавшего в этот период борьбу за преобладание на Онежском озере [4].

Только к августу 1919 года был сформирован гидроотряд из семи крайне ветхих аппаратов, или, по замечанию одного участника этой операции, из «семи летучих гробов».

Наша база находилась в г. Петрозаводске.

Озерные операции начались с первых чисел июня. На флотилию были возложены довольно разнообразные задачи: борьба с флотилией и гидроавиацией противника; содействие артиллерийским огнем пехоте, опиравшейся флангами на побережья озера; переброску десантов; подвоз продовольствия и снаряжения; обеспечение свободного плавания товаро-пассажирских пароходов по Онежскому и Ладожскому озерам и по Мариинской системе; тральные работы.

Первые три месяца борьбы на озере прошли под знаком назойливых и опасных визитов гидроавиации и частых столкновений дозорных судов. Крайне ограниченные возможности для борьбы против воздушного противника вызывали исключительную нервность у личного состава судов.

Как развивались боевые действия сухопутных войск, опиравшихся флангами на озеро? В чем выражалось взаимодействие между флотилией и сухопутными войсками? Эти вопросы мы считаем возможным осветить на примере довольно поучительной операции; имевшей место в сентябре 1919 г. под дер. Лижма.

14 сентября ген. Мейнерд начал наступление к югу от Медвежьей Горы с задачей выхода на линию реки Суны (см. схему 3). Общая цель этого наступления — обеспечить безболезненный вывод английских войск с севера путем захвата рубежа реки Суны, на котором могли бы некоторое время зацепиться слабые белые отряды, прикрывавшие отход англичан.

Схема 3. Лижемская операция на Онежском озере 25 сентября 1919 г.

Эта операция, в которой приняло участие до 9 000 бойцов с английской стороны и до 6 тыс. с нашей, не привела к определенному результату. Правда, противник благодаря высаженному десанту, занял по железной дороге ст. Лижма, но попытка его сбить наш левый фланг в лесисто-болотистом районе у дер. Уссуна и Койкоры окончились полной неудачей. В результате наступление это захлебнулось.

24 сентября положение в районе Онежского озера, представлялось в таком виде:

Противник после произведенного им 14 — 16 сентября нажима занимал лесистый рубеж: оз. Сандал, река Нурмис. В общем его силы на этом рубеже составляли 2 500 штыков, 15 станковых пулеметов, 40 ручных пулеметов Льюиса, 10 полевых орудии, 1 бронепоезд с двумя орудиями и несколько гидросамолетов.

Красные войска — 1 стрелковая дивизия (между Онежским и Ладожским озерами). Бригады 1 дивизии защищали: 1-я бригада район г. Олонца, 2-я бригада — район ст. Суна, 3-я бригада оставалась в резерве в районе Петрозаводска.

Таким образом фактически борьба с белыми на Мурманском железнодорожном направлении, равно как и вдоль берега Онежского озера, входила в круг обязанностей командира 2-й бригады [5].

Красные силы почти совпадали по численности с белыми. В распоряжении командира 2-й бригады находилось всего только 2500 штыков, 4 полевых и 2 горных орудия и 40 станковых пулеметов.

Идея операции под Лижмой 25 сентября 1919 г. заключалась в следующем: «произвести фронтальное наступление силами до 2 000 шт. при 37 пулеметах и 5 орудиях вдоль железной дороги в направлении от Нурмис на ст. Лижма, с одновременным десантом на рассвете 25 сентября в тыл противника на пристани Лижма. В десант предназначался один батальон в составе 361 шт., 1 орудия, 3 станковых, 1 ручного пулемета. На флотилию возлагалась задача: «высадить десант 25 сентября в 6 час. утра на пристани у дер. Лижма» [6].

Вся намеченная операция благодаря десанту закончилась быстрым и легким финалом.

Флотилия в составе 21 судна, из коих 4 транспорта с десантом, вышла ночью 25-го из Петрозаводска в Лижемский залив.

В 11 час. 30 мин. 25 сентября два сторожевых судна вышли в Лижемскую бухту и открыли огонь по дер. Лижма. Одновременно группа судов обстреливала дер. Ват-Наволок и одна плавучая батарея — станцию Лижма. Через 15 минут после открытия огня транспорты с десантом под прикрытием канонерской лодки подошли к пристани Лижма и начали высадку десанта. К 13 часам высадка была, окончена. Противник очень слабо сопротивлялся: так, во время высадки им только была произведена воздушная бомбардировка пристани, которая, однако, не остановила действий десанта.

Между тем, на железнодорожном направлении наше наступление было отбито противником. Однако, имея в тылу у себя высаженный десант, который разрушил железнодорожный путь, противник принужден был отступить по лесным дорогам к Медвежьей Горе. Одновременно с этим он бежал и от деревень Уссуна и Койкоры [7].

Этот удар совпал с моментом окончательного ухода англичан с советского севера. 25-го — речная флотилия, гидроавиация и весь военный материал были ими переданы в руки ген. Скобельцына, командовавшего белыми отрядами. Дальнейшие операции наших войск развивались успешно, и вскоре весь Онежский' район был очищен от белых.

Совершенно очевидно, что исход всей летней кампании 1919 г. в Карелии зависел от результата борьбы между нашей и неприятельской флотилиями на Онежском озере.

Сухопутные войска той и другой стороны не смогли предпринять активных и решительных действий без поддержки флотилии и за все лето 1919 г. не произвели ни одной сколько-нибудь значительной операции. Обе враждующие флотилии за этот период также не имели решительного столкновения. И поэтому борьба принимала затяжной, выжидательный характер.

В частности, пример операции у дер. Лижмы показателен в смысле оценки роли и значения озерной флотилии при борьбе сухопутных войск, фланги которых упираются в озерные или речные рубежи. Господство своей флотилии дает возможность производить высадки десантов в наиболее уязвимых местах и устраивать обходы. Тесная связь между действиями сухопутных войск и озерной флотилии ведет к успешному завершению всей операции.

Важнейшее значение приобретает работа гидроавиации, которая на севере наиболее применима благодаря наличию огромных озерных пространств и отсутствию удобных посадочных площадок в тундре для обыкновенных самолетов.

В связи с этим, уместно привести следующее мнение о гидроавиации нашего старого знакомого по северному театру ген. Айронсайда: «В работе командования, штабов и в деле поддержания связи неоценимую услугу оказывали гидросамолеты. Бесчисленные озера и реки служили для них прекрасными аэродромами, в то время как обыкновенные аэропланы находили только скверные посадочные площадки, что вело к частым поломкам. На гидросамолете можно было спуститься к линиям связи, произвести осмотр, устранить неисправности и через несколько минут снова уйти прочь. Комфортабельный гидросамолет явится совершенно необходимым для будущих кампаний в озерных районах, ибо нельзя забывать, что командующий, когда он спустится на землю, должен чувствовать себя физически совершенно свежим» [8] .

Эта довольно верная оценка касается, конечно, боевых действий в летнее время. Зимой климатические условия очень затрудняют боевые действия авиации, почти сводят их на-нет.

Таким образом, период работы гидроавиации нужно тесно связывать с началом замерзания и со вскрытием рек и озер [9].

Примечания

1. См. М. С. Кедров, За советский север, Ленинград, 1927 г., стр. 5.
2. Major-General Maynard, The Murmansk Venture, London, 1929 г., стр. 5.
3. Maynard, The Murmansk Venture, 1929 г., стр. 231.
4. Организация обороны междуозерного пространства находилась в руках командования 7-й армии (командарм Матусевич, начштаба Люндсквист). Только 6 августа 1919 г. междуозерный район был передан в распоряжение 6-й армии (Архив Красной армии, дело № 58 — 403).
5. Архив Красной армии, дело № 58 — 103.
6. Гражданская война. Действия на морях, речных и озерных системах, т. II., стр. 44.
7. Архив Красной армии, дело № 48—906.
8. Major-General William с. Ironside, The North Russian Campaign, «The Journal of the Royal Artillery», ноябрь 1926 г.
9. Деятельность авиации в зимнее время описана в моем очерке «Работа авиации в тундре», «Военные вестник», 1925 г., № 3.

     ‹‹ Назад                        Содержание                          Далее ››

Оставить комментарий