Часть II
         ‹‹ Назад                         Содержание                      Примечания ››

XII. ОПЕРАЦИЯ У РЕКИ ШЕПИЛИХИ{54}

Для овладения деревней Анисимовской на флотилию была возложена артиллерийская подготовка этих позиций и недопущение обстрела наших частей судовой артиллерией противника.

Со стороны командования флотилией не встречалось возражений против этой задачи, но было указано на необходимость наблюдения за флотом противника и обстрела главным образом неприятельских судов.

14 октября в 8 часов утра плавучие батареи «№1» и «№4» были поставлены на позиции 6 верст ниже деревни Почтовой. Укрепления противника на реке Шипилихе были отлично видны с батарей, и флотилия открыла огонь до оборудования наблюдательного пункта.

Флотилия противника находилась от наших судов всего лишь на расстоянии шести верст и была скрыта от нашего наблюдения мысом. Оборудование наблюдательного пункта задерживалось недостатком телефонистов и плохим знакомством с местностью.

К сожалению, как и в большинстве прежних операций, между командующим флотилии и командиром бригады за время операции происходили многочисленные пререкания и конфликты из-за целей обстрелов флотилии, что, конечно, вредно отзывалось на самой операции; конфликты доходили до угроз судом, хотя флотилия и не была ему подчинена в оперативном отношении, а должна была действовать с бригадой совместно. Командование флотилией считалось с приказаниями командира бригады постольку, поскольку это не противоречило общему ходу боя, и неоднократно бывало вынуждено не исполнять распоряжений, а действовать самостоятельно. После артиллерийской подготовки, продолжавшейся больше шести часов, все укрепления противника были разрушены и его флотилия, состоявшая из 2-х вооруженных пароходов и двух плавучих батарей, вынуждена была отойти к деревне Звоз. Наша пехота перешла в атаку, но, встреченная ружейным огнем, отошла в исходное положение. Возобновить атаку не представлялось возможным ввиду отсутствия снарядов у сухопутной артиллерии и наступления темноты.

15 октября по приказанию командующего армией часть войск была снята с позиций и в силу малочисленности оставшихся частей и их неустойчивости операция была прекращена. По агентурным сведениям, противник уже оставил позиции после нашего артиллерийского огня и готовился отходить на деревню Емецкое. Требовалось небольшое усилие с нашей стороны, чтобы занять деревню Анисимовскую, последний укрепленный пункт противника на Северной Двине, так как, по имевшимся сведениям, белые в дальнейшем намерены были задержаться лишь у устья реки Пинеги. Не встретив с нашей стороны сопротивления, 16 октября белые возвратились к реке Шипилиха и снова приступили к оборудованию позиции. Наши батареи возвратились в деревню В. Сельцо. Сухопутные части отошли к деревне Моржегорская — на левом берегу и деревне Якимовская — на правом.

Этот бой был последним речным боем за кампанию 1919 г.{55}

17 октября повалил густой снег и к полудню лег толстым, до 2-х вершков, покровом, а дня через два на реке пошла «шуга» (мелкий лед), но работы по уничтожению минных заграждений продолжались.

17 октября отдан был приказ по флотилии об отходе судов на зимовку в Котлас, и 23 октября штаб флотилии с судами прибыл в Котлас, где флотилия начала размещаться в затоне Лиманда для зимнего ремонта.

Одну треть команды было разрешено уволить в краткосрочный отпуск, а 2/3 остальной команды были отправлены на зимовку в Сольвычегодск.

В конце октября были получены сведения{56}, что архангельское командование направило 1-ю особую Вычегодскую роту в 350 штыков при восьми пулеметах под командой капитана Орлова в бассейн реки Вычегды. Отряд этот, пройдя тайгой через Удору, появился около города Яренска, находящегося от Котласа в 155 верстах. Моряки Северо-Двинской флотилии и здесь не остались безучастными зрителями и вместо тихого и уютного в береговой обстановке отдыха кликнули клич: «Долой капитана Орлова».

Командование приступило к формированию отряда 3-ротного состава с пулеметной командой и одной 37-мм пушкой Маклена.

К 7 ноября была сформирована 1-я рота моряков в 120 штыков и в этот же день с обозами выступила на вновь образовавшийся фронт. К 10 ноября была сформирована 2-я рота из моряков, находившихся на судах в затоне.

12-го ноября, не ожидая 3-й роты, отряд в составе: 1-я рота — 120 штыков, 2-я рота — 107 штыков, пулеметная команда — 50 чел. при 9 пулеметах Максима, и команда связи — 18 человек, всего 314 человек, выступил в поход, в тот же день достиг деревни Княженца, а в следующие дни, соединившись с армейскими частями, следовал далее на фронт к Яренску.

К 29 ноября противник был выбит из временно оставленного нами Яренска, но боевые действия не прекращались вплоть до середины февраля, когда весь Вычегодский район был чист и находился в безопасном положении от налетов противника.

В декабре месяце 1919 г. ввиду начавшегося разложения в войсках противника на Северо-Двинском железнодорожном направлении в центре был решен вопрос об окончательной ликвидации Северного фронта, для чего был намечен план общего наступления. В этом вопросе не осталась безучастной и Северо-Двинская флотилия в период зимы, несмотря на то что ее батальон еще не успел ликвидировать на Вычегде отряды Орлова.

На долю флотилии опять выпала серьезная боевая задача. Командованием VI армии было предложено командованию флотилией, если возможно, в кратчайший срок оборудовать в Котласском военном порту бронированный поезд, вооруженный крупной морской артиллерией, для действия на железнодорожном направлении. Инженером Посаженниковым был спроектирован поезд из двух четырехосных, полукрытых железными бортами вагонов американского типа, рассчитанных на 130-мм артиллерию, по одному орудию на вагон. Установив под платформами вагонов соответствующие продольные и поперечные брусья из дерева, через две недели начали установку орудий, которую и закончили в течение четырех дней. Вся работа по оборудованию вагонов происходила на открытом воздухе при 25-ти градусном морозе.

26 января орудия были опробованы стрельбой при различных углах поворота и возвышения, а также на закруглениях железнодорожного пути, причем испытания дали прекрасные результаты. Весь состав бронепоезда состоял из семи вагонов, из которых два с орудиями, два с боеприпасами, два для жилья команды и один — мастерская и кухня. Поезду было дано наименование «Красный моряк», а команда его состояла из двух смен, общим числом 42 чел.

30 января поезд в полной готовности ждал распоряжений штаба VI армии.

1 февраля была получена телеграмма об отправке бронепоезда на фронт через Вятку и Вологду. 2 февраля «Красный моряк» вышел и 5 февраля прибыл на фронт. В тот же день он начал боевую работу, вступив в артиллерийское состязание с бронепоездом противника «Адмирал Колчак», вооруженным 6-дюймовой морской артиллерией. До тех пор на фронте с нашей стороны не было сильного бронепоезда, который мог бы конкурировать с огнем бронепоезда противника, но с этого момента ему появился опасный конкурент, который дал сразу же себя почувствовать. С первого же дня «Красный моряк» завоевал симпатии Красной армии и своей боевой работой уже к 10 февраля окончательно оттеснил все бронепоезда противника.

Фронт подался, и вслед за этим в рядах противника началось сильное разложение. 19 февраля в Архангельске произошел переворот.

Красные части, в том числе и «Красный моряк», победоносно вошли в Архангельск. 19 февраля командование флотилией получило приказ из штаба VI армии ликвидировать Яренскую группу войск и о направлении команд на зимние квартиры. Командование флотилией вслед за этим по железной дороге отбыло в Архангельск для организации морских сил Севера. Хотя Северо-Двинской флотилии и не суждено было победоносно войти в полном составе в Архангельск, все же представители ее на бронепоезде «Красный моряк» туда вошли как участники последней ликвидации фронта и освободители трудящихся масс Севера, пробывших в полуторагодовой эксплуатации иностранцев и белогвардейцев.

#
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Разбираясь во всей эпопее гражданской войны на Северном фронте, нельзя не подчеркнуть громадной роли, которую сыграла небольшая группа моряков во главе с тов. Пронским, не задумавшаяся оказать сопротивление вторгшемуся в наши пределы неприятельскому флоту.

Немногочисленная по своему составу, но спаянная своей товарищеской дисциплиной и революционным долгом, группа матросов открыто бросает вызов неисчислимо сильнейшему неприятелю и своим примером кладет начало вооруженному сопротивлению Республики нашествию иностранного империализма. В результате через полтора года весь Север очищается от пришельцев и Республика снова получает в свои руки в то время единственный свободный выход в море.

Вновь образовавшемуся фронту на Севере, конечно, не могло быть уделено особенно много внимания, так как главные средства необходимо было отдавать на фронты первостепенной важности. Образовавшаяся явочным порядком первоначальная вооруженная сила, несмотря на свою малочисленность, на полное отсутствие командного состава и более чем слабую артиллерию, все же первое время не только оказывала сопротивление неприятелю, но даже заставила его отступить за р. Вагу. Можно определенно сказать, что до конца кампании 1918 г. ни сухопутные части, ни наспех организованная флотилия с сухопутными пушками не получили от центра почти никакой помощи и только благодаря своему мужеству, самоотверженности и сознанию долга перед революцией задержали продвижение противника.

Зима 1918/19 года была, конечно, использована для усиления наших сил на Северном фронте, как сухопутных, так и морских, но при зимней организации нашей вооруженной силы не был в должной степени оценен противник, чего нельзя поставить в вину исключительно командующему флотилией, а скорее центру, который, конечно, должен был лучше знать, какие морские силы могли выставить на Северном фронте англичане со своей развитой техникой и военным опытом. Эти возможности со стороны неприятеля совершенно не были учтены высшим командованием.

Первое же вооруженное столкновение с неприятелем в мае 1919 г. показало всю ошибочность оценки противника, и пришлось в обстановке непрерывных боевых действий вновь создавать морскую (речную) силу, хотя не равноценную неприятельской, так как на это у Республики не было совершенно возможности, но хотя бы такую, которая была бы способна не только к пассивной обороне, но и к активным операциям.

Ввиду громадной потребности в морских специалистах, орудиях, снарядах, минах, материалах и проч. на другие флотилиях создание этой силы протекало очень медленно, и часто только мужество и самоотверженность защитников спасало фронт от полного поражения и катастрофы.

Но говоря о крупных недостатках в личном составе и материальной части вооружения, нельзя не упомянуть и о той обстановке, в которой приходилось работать этому личному составу. Начиная с помещений для жилья, обмундирования и проч. и кончая продовольствием, во всем чувствовался громадный недостаток. Снабжение продовольствием и питание были настолько неудовлетворительны, что появился громадный процент заболеваемости цингой. Мы приводим здесь одну из телеграмм обширной по этому вопросу переписки командования с центром:

«Последние дни четверть состава моряков из-за недостатка питания выбыла из строя. Наибольшее распространение заболеваний цингой, куриной слепотой, малярией. Наступающие холода увеличивают число больных. Прошу о принятии самых решительных мер для улучшения питания, в противном случае положение станет катастрофическим. Комфлот Варваци» {57}.

Одним из больших препятствий успешности борьбы на Северном фронте, как это видно из докладов комфлота, был вопрос подчинения.

Вопрос о связи был поставлен также довольно неудовлетворительно. Вследствие отсутствия мощных радиостанций во флотилии непосредственной связи с центральными радиостанциями не было. Для передач радиограмм приходилось пользоваться, как промежуточными, полевыми радиостанциями армии; в то же время и радиостанции флотилии служили как промежуточные при передаче телеграмм армии между отдельными участками фронта. Организация радиослужбы в связи с недостатком радиоспециалистов носила примитивный характер. Береговых радиостанций установлено не было из-за отсутствия таковых и из-за отсутствия радиотелеграфистов. Телеграфная связь почти совсем отсутствовала. Это объясняется тем, что своего провода не было: был один провод Народного комиссариата почт и телеграфов, который был взят сухопутным ведомством и загружался часто хозяйственными телеграммами вместо оперативных. Телеграммы из центра доходили на фронт иногда даже на второй месяц, телеграммы же из Котласа и из Устюга шли две-три недели. Вследствие этого всегда чувствовалась оторванность от центра. Почтового отделения с нашей стороны организовано не было из-за недостатка работников. Телефонной линии по постам тылового района, а также и для сообщения с портом не имелось. Снабжение службы связи телефонным имуществом производилось очень плохо, что болезненно всегда отражалось на оперативных заданиях{58}.

Из отчета по штурманской части видно, что до кампании 1919 года у флотилии никакого штурманского имущества не было. Удалось за зиму 1918/19 года получить имущество в очень ограниченном количестве, так, например, на 60 судов было всего 19 комплектов флагов; из-за отсутствия флагов пришлось на большинстве судов ограничиться семафорными флажками, но даже и ими снабдить суда в достаточном количестве удалось с трудом и с большими натяжками из-за отсутствия флагдука. Ощущался большой недостаток биноклей, так что транспорты, посыльные суда и катера принуждены были обходиться без них. Количество сигнальщиков было крайне недостаточно. Многие суда плавали совершенно без сигнальщиков. В начале кампании карт для руководства при плавании совершенно не было и с трудом удалось достать в областном управлении водным транспортом атлас карт реки Северной Двины от Котласа до Архангельска, изданных в 1885 году. За 35 лет изменились названия и расположения деревень, самого русла, приметных знаков, перекатных столбов и проч. Ориентироваться и плавать с такими картами было очень затруднительно. Все же за неимением других пришлось их копировать и снабжать ими суда.

Организация артиллерийского дела была поставлена на флотилии хорошо, и даже противник с похвалою отзывается о стрельбе флотилии{59}.

Минная часть была поставлена, сравнительно с имевшимися средствами, удовлетворительно, и нужно отдать справедливость личному составу, что он при выполнении очередных задач выказывал полнее самоотвержение. Всего за время кампании было поставлено 13 минных заграждений.

Насколько слаба была наша авиация, видно из описаний военных действий.

О состоянии личного состава в количественном отношении можно судить по некомплекту его на судах действующей флотилии, каковой выражался в командном составе — цифрой 59, а в специалистах некомандного состава — в 437 человек только на судах действующего флота, а со строящимися судами — в 743 человека. Эти цифры, при сравнительно незначительной флотилии, говорят сами за себя. Что касается качества личного состава, то и он был далеко не на высоте. Только к концу кампании этот вопрос был отчасти изжит. За время же кампании, а особенно в кампанию 1918 г., все командные должности, даже штабные, были замещены матросами-специалистами, которых мужество, самоотвержение и рвение к работе были громадны, но не было знаний, опыта, необходимых для замещения ответственных командных должностей. Ясно, что боеспособность флотилии сильно хромала и от этой причины.

Медикосанитарная часть была поставлена настолько плохо, что даже подача первой помощи оставляла желать много лучшего.

Потери английской речной флотилии выразились в гибели мониторов М25 и М27 и тральщиков «Fandango» и «Sword Dance».

Потери сухопутных войск в личном составе, по английским официальным данным, достигали 700 чел.

Подводя итоги борьбы Северо-Двинской флотилии в гражданской войне на Севере, мы приводим слова одного из участников этой борьбы: «Флотилия, хотя и не смогла проявить своих активных действий по отношению к флотилии противника, но она все же сумела сдержать натиск сильнейшего противника, не дав ему по Северной Двине через Котлас соединиться с чехословаками и Колчаком»{60}. Изучение операций Северо-Двинской флотилии имеет значение в том отношении, что здесь Красной флотилии, состоявшей из плохо оборудованных обыкновенных речных пароходов и баржей, пришлось успешно вести неравную борьбу с хорошо организованной «регулярной» военной флотилией, обладавшей всеми средствами современной военно-морской техники.

    ‹‹ Назад                         Содержание                     Примечания ››